Jump to Navigation

А. Подберезкин Государство, нация и модернизация

Версия для печати
Рубрика: 

 

Государство – основное орудие политической 
власти в классовом обществе[1]
 
Энциклопедический словарь
 
 
Государство, конечно же, продолжает оставаться «основным орудием» политической власти. Да и классовые общества никто не отменял. Более того, кризис 2008–2010 годов показал, что политическая власть стала активнее использовать государственные инструменты для решения экономических и финансовых вопросов.
 
Проблема, на мой взгляд, в другом: насколько государственные институты России, безусловно, работающие на ее правящую элиту, даже ставшие сами влиятельной частью этой элиты, действуют в национальных интересах? Несколько в модернизации будет участвовать вся нация?
 
Если допустить, что значительная часть правящей элиты не просто коррупционна и безнравственна – что признается большинством, – но и действует против национальных интересов, то неизбежно приходишь к выводу о том, что и государство действует нередко против национальных интересов. А это, в свою очередь, означает печальный для государственников вывод: далеко не всегда сильное государство это хорошо для нации.
 
Поэтому вопрос о роли государства в модернизации не однозначен. Государство может и служит интересам правящей элиты, а та далеко не всегда национальным интересам. Поэтому, предполагавшиеся прежде два ответа на вопрос о роли государства – либерально-отрицательный и государственническо-положительный – не исчерпывают всей полноты проблемы.
 
Важнейший идеологический вопрос вызывающий острые споры сегодня, – роль государства в развитии современной экономики, общества и человека. А в более широком контексте – соотношение государства и нации. Предпринятая во второй половине 80-х годов кампания «борьбы с этатизмом» привела не просто к ослаблению роли государства и развалу экономики, но и институтов, государства, которые не восстановлены полностью до сих пор. «Возвращение» государства, начатое при В. Путине, встречает жесточайшее сопротивление и стало предметом острой дискуссии в 2005–2010 годах, поводом для которой может послужить любой частный случай – глупость чиновника, реальная трагедия, либо ошибка власти.
 
Мне кажется очень важно разделить реальную, экономически и политически оправданную, роль, которую должно играть современное государство в развитии нации, общества и экономики и те бюрократические и нравственные издержки, которые слишком часто становятся реалиями современной российской действительности.
 
Таким образом, идеи модернизации стали (хотят того или нет) предметом идеологического спора в 2008–2010 годах внутри правящей элиты и общества. Вновь был поднят вопрос о роли государства, вообще, и в модернизации и внедрении инноваций, в частности. Так, в фундаментальном исследовании ученых МГИМО(У) один из авторов (И.В.Данилин, глава 27 «Инновационные циклы в политике России») пишет: «Важнейшим фактором научно-технологического развития передовых стран в XX веке стало формирование феномена Национальных инновационных систем (НИС). НИС представляет собой систему институтов, обеспечивающую постоянный процесс создания и овеществления знаний и технологий и рост динамизма инновационных процессов – условия формирования и развития «экономики знаний». Определяющую, центральную роль в этой сложной системе играет бизнес (подч. – А.П.). На его долю приходится основной объем НИОКР и большая часть коммерческих инноваций (сердце НИС). Иными словами, бизнес-процессы выполняют роль двигателя и движителя НИС. Однако особенностью НИС и залогом их эффективности является то, что они обеспечивают сложную и динамичную систему отношений между всеми основными акторами инновационного процесса: государством, наукой, бизнесом»[2].
 
На самом деле в реальности в России бизнес и вся банковская система финансируют инновации на доли процентов, а решающая роль и инициатива принадлежит государству. Как, впрочем, и в других развитых странах, наиболее преуспевших в научно-технологической области. Президент Д. Медведев, например, «с удивлением» узнал во время поездки в Калифорнию в 2010 году, о том, что даже в либеральных США более 50% инвестиций в фундаментальную науку и НИОКР идет от государства, либо от институтов, созданных государством. Так что вина за деградацию науки в России, как и ответственность за возможный будущий подъем, лежит прежде всего на государстве, а, точнее, на проводимой правящей элитой в последние десятилетия политике.
 
Это хорошо видно на следующих примерах. Прежде всего из динамики численности исследователей в России в последнее десятилетие (при том, что в 90-е годы произошло сокращение, фактически уничтожение целых научных направлений.
 
Динамика численности персонала, занятого исследованиями
и разработками, в % к предыдущему году[3]
Ситуация, к сожалению, не улучшается. Так, согласно бюджетным проектировкам на2011–2013 гг., Российская академия наук получила 32,2 млрд руб. в 2011 г., 31,8 млрд руб. в 2012 г. и еще столько же получат в 2013 г. Российскому фонду фундаментальных исследований выделено 6,0, 4,3 и 4,3 млрд руб. соответственно. В то же время немалые бюджетные средства на научные исследования – 10,6, 10,7 и 9,9 млрд руб. – поступят в МГУ имени М.В.Ломоносова, Санкт-Петербургский государственный университет (5,4, 8 и 8 млрд руб.) и Российский научный центр «Курчатовский институт» (5,2, 5,9 и 2 млрд руб.). На создание инновационного центра «Сколково» будет потрачено 15 млрд руб. (2011 г.), 22 млрд руб. (2012 г.), 17,1 млрд руб. (2013 г.)[4].
 
В конечном счете эта вина – следствие ложной псевдолиберальной идеологии, в соответствии с которой с конца 80-х годов ХХ века в СССР и России пытались доказать возможность и необходимость «самофинансирования» российской науки, приоритета в этой деятельности бизнеса или зарубежных институтов (доля которых, кстати, в общем объеме инвестиций в науку, образование и другие области человеческого капитала составляет в 2008–2010 годах несколько процентов от общего объема).
 
В этой связи вновь встает, по сути, идеологический вопрос о роли государства в модернизации, которую пытались свести к минимуму в последние десятилетия. Примечательно, что анализ инновационной политики США, сделанный Нью-йоркской академией наук, показывает, что эта страна максимально использовала инструмент государства (как, впрочем, и другие страны-лидеры) для быстрой модернизации[5].
 
Так, Соединённые Штаты предлагают как налоговый кредит, так и налоговые вычеты для покрытия издержек на научно-исследовательские цели. Больший размер поддержки предоставляется на научно-исследовательские цели бизнеса путём прямого финансирования, нежели чем через налоговые льготы. Налоговые кредиты в США облагаются налогом. Однако существует ряд таможенных льгот.
 
До конца 2009 года США давали налоговые кредиты на увеличение затрат на научно-исследовательские цели и позволяли списывать до 14% от суммы налога к уплате на определенного вида издержки, при этом малый бизнес может списывать все затраты на НИОКР на себестоимость (подч. А.П.). Если объём возможных списаний превышает величину налога к уплате, льгота может быть перенесена на следующий фискальный год или амортизирована в течение 60 дней.
 
Для того чтобы иметь право воспользоваться льготами, исследования необходимо проводить на территории США. Для получения налогового кредита расходы на НИОКР в текущем году должны составлять более высокую долю от дохода компании, чем в предыдущем.
 
Примечательны «уроки», которые выносят американские исследователи из существующей практики, применительно к роли государства:
 
«– Государственные закупки создают рынок, необходимый для ускоренного развития технологий.
 
– Сильная система высшего образования является критическим фактором для кадрового обеспечения инноваций. Важно, чтобы университеты не только занимались образованием и наукой, но и сосредоточили свое внимание на формировании среды для коммерциализации.
 
– Чёткие законы и правила создают открытую и прозрачную среду, необходимую для привлечения, сохранения и создания высокотехнологических фирм.
 
– Правительство может и должно быть катализатором отношений, необходимых для коммерциализации технологий.
 
– Государственный финансовый капитал – основа поддержки исследований и развития технологий на ранней стадии, поскольку частный сектор считает инвестиции на этом этапе слишком рискованными.
 
– Правительственная поддержка важна как для стартапов, так и более зрелых компаний».
 
 
________________________
 
[1] Советский энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1979. С. 329.
 
[2] Данилин И.В. Инновационные циклы. В кн. Современная мировая политика. Прикладной анализ / отв. ред. А.Д. Богатуров. М.: Аспект Пресс, 2009. С.  514.
 
[3] Дежина И. Диаспора в инновационных системах // Независимая газета. 2011. 26 января. С. 11.
 
[4] Дежина И. Диаспора в инновационных системах // Независимая газета. 2011. 26 января. С. 11.
 
[5] Ярославский план 10-15-20: 10 лет пути, 15 шагов, 20 предостережений // The New York Academy of Science, August 20. 2010. P. 38.
 
 
Алексей Подберезкин - профессор МГИМО
 
18.06.2012
 


Main menu 2

tag replica watch ralph lauren puffer jacket iwc replica swiss
by Dr. Radut.