Jump to Navigation

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Военная доктрина России и международная безопасность

Версия для печати
Рубрика: 
Столь популярный в советское время марксизм, 
равно как и его критики имел дело с совсем 
другой экономикой и другим обществом[1]
 
М. Горшков, академик РАН
 
Военная доктрина… представляет собой систему 
официально принятых в государстве взглядов на 
подготовку к вооруженной защите и вооруженную 
защиту Российской Федерации[2]
 
Военная доктрина России
 
 
Военная безопасность государства – такое состояние нации, общества и государства, которое исключает нанесение неприемлемого ущерба средствами вооруженного насилия. Военная безопасность характеризуется не отсутствием внешних и внутренних угроз, а способностью нации, государства и общества противодействовать эффективному использованию против них военной силы, составная часть национальной и государственной безопасности. Она является производной как от национальной, так и государственной безопасности. Это означает, что рассматривать такое состояние вне этих понятий бессмысленно, как если бы рассматривалось намерение строителей строить верхние этажи без фундамента и нижних этажей[3].
 
Таким образом понятия «национальная» и «военная» безопасность соотносятся как общее и частное. Вместе с тем по отношению к этим понятиям существует и более общие понятия – «международная» и «региональная» безопасность, которые во многом характеризуют их уровень. Общее представление о соотношении этих понятий дает следующий рисунок.
 
 
Как национальная, так и военная безопасность обеспечиваются различными средствами, которые можно объединить в следующие группы:
 
 
Обеспечение национальной безопасности и суверенитета России в современных условиях возможно с помощью самых различных средств – дипломатических, экономических, гуманитарных, др. Причем (и это важно отметить) как в первую очередь государственных, так и негосударственных и международных. Например, если дипломатия является исключительной прерогативой государства, то общественная дипломатия может осуществляться как при поддержке государства, так и самостоятельно. То же самое можно сказать об экономических средствах, где нередко используется частный бизнес, образовательных, научных, культурных и пр. негосударственных средствах влияния, среди которых важную роль играют, например, негосударственные СМИ.
 
Важно подчеркнуть, что в последние годы негосударственные средства влияния стремительно развиваются, превратившись в самостоятельный политический фактор. Вместе с государственными гуманитарными средствами они превратились в мощный политический инструмент, получивший название «мягкой силы». Причем этот инструмент активно используется как самостоятельно, так и в качестве первого этапа враждебных действий, нередко предваряющий собственно военные конфликты и войны.
 
Иногда говорится о том, что «мягкая сила» не только более эффективнее «жесткой», но и вполне ее заменяет. Это – не соответствует действительности. Как показывает опыт, граница между двумя силовыми формами очень условна, особенно если речь идет о превращении традиционной «мягкой силы» в этап информационно-подготовительный и кибер этап военных действий.
 
Кроме того без политико-психологического прикрытия военной силы сама по себе «мягкая сила» резко теряет в эффективности. Таким образом среди таких средств по-прежнему важная роль остается за военными средствами. Признание этого очевидного факта, однако, не является до сих пор общепризнанным в российском обществе и элите страны, которые во многом остаются под влиянием оценок, сформировавшихся в 80-е годы ХХ века, когда в правящей элите страны стала модной теория, в соответствии с которой «военная сила потеряла свое значение». Подобная политическая позиция очевидно негативно отразилась на обороноспособности страны. Ситуация стала медленно меняться в последние годы. Можно сказать, что общий политический фон в целом скорректирован в 2010–2013 годах, когда были приняты принципиальные решения в области военной политики, военной доктрины и государственного оборонного заказа (ГОЗ).
 
Дискуссия в обществе, экспертном сообществе и государственных институтах продолжается. В этой связи необходимо определиться с соотношением понятий «военная доктрина», «национальная», «государственная» и «международная» безопасность «военное строительство» и другими понятиями. К сожалению, в современной российской науке существует разночтение, а в правящей элите – различное понимание содержания этих понятий. В данной работе предполагается, что:
 
– «военная доктрина» – это система официально принятых взглядов на подготовку вооруженных сил (ВС), вооружений и военной техники (ВиВТ) России, ее партнеров и союзников, и их использование в современных и будущих вооруженных конфликтах и войнах, главной целью которой является достижение политических целей с помощью применения или угрозы применении военной силы, а также обеспечения возможности решения задач национальной, государственной и международной безопасности.
 
Военная доктрина, по справедливому мнению некоторых экспертов, представляет собой идейный стержень всей военно-политической деятельности государства (военной политики), как одного из направлений общей политики государства, политических партий, общественных организаций и институтов. Военная доктрина затрагивает интересы всех государственных структур, всего общества и всех граждан.
 
Военная доктрина оказывает решающее влияние на военное строительство как систему мероприятий, в различных сферах (политической, экономической, духовной и др.) жизни нации и собственно военной области, направленных на развитие военной организации государства. При этом целесообразность и масштаб таких мероприятий определяется как развитием основных международных тенденций, так и особенностями национального развития, прежде всего в социально-экономической и научно-технической областях. Важно, чтобы оценка таких трендов не исходила из ведомственной, либо корпоративной логики, известной социологам как «практическая логика (ученых и научных коллективов) в подавляющем большинстве случаев определялась стремлением обеспечить своим институтам положение господствующей организации»[4]. Которая, к сожалению, активно присутствует в общественно-политической и научно-конструкторской жзни России.
 
Кроме того надо исходить, что если военная доктрина «идейный стержень» общей политики, что предполагается, что намерения государства объявляются открыто. В военной доктрине не должно быть каких-либо закрытых разделов, разработка военной доктрины не может производиться определенной группой лиц в отрыве от общественности и военно-научных кругов, а тем более окончательно формулироваться в закрытых документах;
 
– «национальная безопасность» – такое состояние нации, государства общества и личности которое характеризуется степенью сохранения национальной идентичности, системы национальных ценностей и защиты национальных и государственных интересов. Высокий уровень национальной безопасности обеспечивает максимально благоприятные внешние условия для развития нации, а также гарантирует внутриполитическую стабильность;
 
– «государственная безопасность» – состояние государства и его институтов, которое характеризуется уровнем защиты государственных интересов, суверенитета и институтов управления государством;
 
– «военная сила» – один из инструментов политики, который используется, как правило, после того как другие политические инструменты показали свою неэффективность;
 
– «международная безопасность» – такое состояние, при котором отсутствуют не только войны и военные конфликты, но и явные – военные и иные угрозы для наций, государств и всего человечества.
 
Военная доктрина современного государства обязана рассматривать не только вопросы, относящиеся к военной политике, военному строительству и военному искусству, но и вопросы, имеющее косвенное, непрямое отношение к военной организации государств и военно-политических коалиций влияющие на эффективность и целесообразность использования военной силы.
 
Современная военная доктрина государства является производной, следствием внутренней и внешней политики государства и не может рассматриваться отдельно вне связи с общей политикой страны, состоянием экономики и общества. Особенно важное значение для военной доктрины имеют национальные научные, образовательные и технологические возможности определяющие качество национального человеческого капитала (НЧК), выражающееся в том числе в качестве личного состава военнослужащих, и в качестве вооружений и военной техники (ВиВТ).
 
 
________________
 
[1] Горшков М. Капитал  не по Марксу // Российская газета. 2013. 8 ноября. С. 11.
 
[2] Военная доктрина Российской Федерации. Утверждена Указом Президента РФ 5 февраля 2010 г. / Эл. ресурс: «Президент России» / http://www.kremlin.ru
 
[3] Юрьевич А. Идти нам на Хирш? // Независимая газета. 2013. 25 декабря. С. 11.
 
[4] Ваганов А. ФАНОобразная форма жизни РАН // Независимая газета. 2013. 25 декабря. С. 11.


Main menu 2

tag replica watch ralph lauren puffer jacket iwc replica swiss
by Dr. Radut.